Сейчас, наверняка, самые обсуждаемые экономические темы — это курс...

Сейчас, наверняка, самые обсуждаемые экономические темы — это курс рубля к баксу и цены на нефть. Но ежели падение рубля относительно бакса можно как-то разъяснить не совершенно успешной политикой нашего валютного регулятора, то предпосылки падения цены на нефть на мировом рынке очевидно находятся за пределами Рф. Вообщем, и с рублем не всё так ясно.

Почти все авторитетные специалисты говорили мне, что курс рубля сознательно обваливали международные инвестфонды, так именуемые денежные стервятники. А у этих организаций рвение к легкой сверхприбыли постоянно уравновешивается желанием быть в фарватере политики Вашингтона.

Но вернемся к ценам на нефть.

Я совсем уверен, что падение цен на нефть является результатом сознательной политики Соединенных Штатов, направленной на вразумление мятежной Рф, осмелившейся вести себя «не по чину». Я даже практически уверен в том, что инициатором данной политики относительно нашей страны является президент Обама.

При этом я могу представить, что Обама, постоянно критиковавший республиканскую администрацию за «излишнее применение силы во наружной политике», даже гордится тем, что применяет к нашей стране только «политику мягенькой силы». Дескать, Буш бы уже с русскими воевал, а мы ограничиваемся только санкциями, информационной войной, денежной войной и снижением цены на нефть.

Один из наилучших у нас аналитиков нефтегазового рынка Константин Симонов очень правдоподобно объясняет механизм, с помощью которого Вашингтон повлияет сейчас на мировые цены на нефть.

Просто Федеральная резервная система (ФРС) прекратила сейчас так именуемую политику высококачественного смягчения.

Другими словами ФРС прекратила закачивать в южноамериканскую экономику большие средства, которые начиная с кризиса 2008 года направлялись ею на помощь южноамериканским денежным институтам и реальному сектору.

Таковым образом, понижение котировок на нефть никак не соединено с балансом спроса и предложения в данной сфере.

В структуре цены сырой нефти, объясняет Симонов, не меньше 80% составляют цены на нефтяные фьючерсы, которые никак не соединены с «первичным рынком» нефти.

Конкретно цены на фьючерсы и снизились в итоге текущей политики ФРС. Так что когда министр нефти Саудовской Аравии Али аль-Нуйами утверждает, что цены на нефть на мировом рынке понижаются из-за того, что Саудовская Аравия не хочет снижать квоты на добычу нефти, то он, мягко говоря, делает общественное заявление, на сто процентов не соответственное реальности.

Так как даже если б Саудовская Аравия и весь ОПЕК в целом сильно снизили создание нефти, на котировках фьючерсов это бы никак не отразилось. Вообщем, дальнейшие рассуждения саудовского министра очень небезынтересны.

Он говорит, что если б Саудовская Аравия понизила создание, то цены отправь бы ввысь, и толика рынка досталась бы Рф, Бразилии и Соединенным Штатам. И вот типо, чтоб этого не допустить, Саудовская Аравия будет добиваться понижения мировой цены на нефть до $20 за баррель.

Необходимо это Эр-Рияду для того, чтоб вынудить названных выше соперников уменьшить добычу.

Кончает свое выступление министр панегириком либерализму: «Мы желаем огласить миру, что лишь страны с высочайшей эффективностью добычи нефти заслуживают толики на рынке». На самом же деле мировые цены на нефть никогда не формировались рыночным образом.

Даже котировки нефтяных фьючерсов являются денежной надстройкой над полностью нерыночным базисом — монополистическим сговором Саудовской Аравии с Госдепартаментом США.

Конкретно таковым образом определяется стоимость на нефть уже более 70 лет, другими словами с окончания 2-ой мировой войны. Каким образом Вашингтону на этот раз удалось уломать Эр-Рияд на понижение цен на нефть?

Я думаю, что не только лишь тем, что понижение производства нефти сейчас не может воздействовать на котировки нефтяных фьючерсов. Упрямо прогуливаются слухи, что америкосы пообещали саудитам отложить «сланцевую революцию» лет на 5–8, оставив на этот период Саудовской Аравии возможность быть главным производителем и экспортером нефти.

Я, если честно, в сланцевую революцию не чрезвычайно верю.

Я до этого времени не убежден, что это не пропагандистский трюк. Но вот то, что америкосы решили расконсервировать собственные месторождения, это факт.

И факт, на мой взор, о многом говорящий.

Представляется очень вероятным, что США не попросту хотят уменьшить создание нефти в Рф и Бразилии: похоже, они при помощи Саудовской Аравии хотят на сто процентов вытеснить нас в среднесрочной перспективе с евро рынка горючих ископаемых.

При этом не только лишь нефтяного рынка, да и газового. Другими словами нынешнее понижение цены на нефть необходимо для того, чтоб в некий момент обеспечить союзу США с Саудовской Аравией положение монополиста на европейском рынке.

Очевидно, с следующим очень мощным увеличением цен. Уже без Рф, естественно.

А что европейцам придется платить за нефть сильно больше, так это их трудности.

У англосаксов, как понятно, нет ни друзей, ни противников, а есть лишь интересы.

Что за сиим стоит? Переходящая все границы жадность, сгубившая персонажа известной криминальной поговорки?

Либо у США есть «пятый туз» в рукаве вроде госпрограммы перехода лет через 20 на другие источники энергии?

На мой взор, видя качество нынешнего южноамериканского управления, наиболее вероятен 1-ый вариант.

Но кто их знает. Так либо по другому, ежели Обаме получится опустить цены на нефть до $20 за баррель, нам вправду придется уйти с евро рынка.

Максимум, что мы сможем для себя дозволить в таковой ситуации, это лишь делать союзнические обязательства с Китаем.

Ну и то только на недолларовой базе.

Идет речь не попросту о переходе нефтеторговли Россия–Китай на расчеты в юанях. Вероятнее всего, при 20-долларовых ценах нам придется вести расчеты с Китаем по бартеру либо, в лучшем случае, по товарному клирингу.

Но что Бог не делает — всё к лучшему. Ежели таковой сценарий реализуется, то реиндустриализация, о которой говорит наш президент, станет не попросту очень желательной, а нужной нам по жизненным свидетельствам.

Следует осознавать, что мы подсели на нефтегазовую иглу не по сознательному плану русских властей, а только в качестве побочного результата гайдаровских «радикальных реформ».

Когда была объявлена либерализация цен, при этом либерализация обвальная, без способности компаниям, смежным по технологической цепочке, договориться о взаимной политике цен, выжили лишь те компании, которые имели возможность продавать продукцию на экспорт за валюту. Другими словами сначала нефтяники и газовики.

Уже тогда, сначала 1990-х, было понятно, что таковая ситуация не может длиться вечно и что нужно восстанавливать внутренний рынок и обрабатывающую индустрия.

Или на базе инвестиций доходов от экспорта нефти и газа в военно-промышленный, а лучше огласить, в научно-промышленный комплекс, как предлагал еще тогда же Сергей Глазьев.

Или на базе восстановления связей меж сельским хозяйством, гражданской индустрией и ТЭКом, как предлагал Олег Григорьев.

Сейчас мы вновь возвращаемся к сиим задачкам.

Ежели стоимость нефти свалится до $20, то высвободятся большие топливно-энергетические ресурсы, которые можно будет навести на внутренний рынок, сначала на потребление возрождающейся обрабатывающей индустрии.

Другими словами такое падение цен на нефть может оказаться для нас очень благотворным. Вообщем, всё это пока лишь вероятности.

Так как полностью неясно, что в нынешнем американо-саудовском нефтяном шантаже является настоящей опасностью, а что лишь рекламно-пропагандистским блефом.