Итальянские парламентарии прямо за французскими сотрудниками, как считают почти все политологи, могут проголосовать против антироссийских санкций, так как в Италии чрезвычайно сильны настроения против этих мер. Почему итальянский бизнес выступает против продления санкций, как они отражаются на ВВП данной страны, как финансовая элита может поддержать русский малый и средний бизнес, сколько готова инвестировать в него, также почему Наша родина так принципиальна для государств Евросоюза, в том числе в качестве моста в Азию, накануне голосований в государствах Евросоюза «Известиям» поведал президент ассоциации «Познаем Евразию», глава банка «Интеза» Антонио Фаллико. — Стало ли сложнее работать в Рф после присоединения Крыма?
— Я бы не стал выделять Крым в отдельную делему.
Можно говорить о геополитической турбулентности, частью которой являются последствия событий на Украине и напряженность в отношениях меж Западом и Россией. Одним из результатов таковых событий стали санкции — как западные по отношению к Рф, так и ответные русские.
Естественно, в критериях санкций бизнесу труднее, но мы должны продолжать взаимодействие и находить новейшие пути ведения бизнеса.
Мы так и делаем. — Какое отношение к санкциям в Европе вообщем и в Италии а именно?
Кто больше от их мучается — Наша родина либо ЕС? — Отношение к санкциям отрицательное. Санкции — это инструмент сначала политический, который должен ослабить соперника, нанести удар по его экономике, жизненному уровню населения.
Практика указывает, что политических целей они не добиваются. От санкций отрешаются, когда изменяются политические ценности у тех, кто их вводит.
Полста лет существовали южноамериканские санкции против Кубы. Были санкции против Ирана.
Когда США стали пересматривать свою политику по отношению к сиим странам, стали сворачивать и санкции. На Италии антироссийские санкции отразились существенно.
Я на бизнес-форуме приводил данные, что на русском направлении продукции Мейд in Italy это обошлось в €3,6 миллиардов. За 2015 год итальянский экспорт в Россию сократился на четверть, сначала за счет продукции обрабатывающей индустрии.
Ранее Наша родина была 8-й по значимости государством, куда шли поставки из Италии, а сейчас она 13-я. От санкций мучаются все — и Европа, и Наша родина. Но для русской экономики, как мне кажется, наиболее чувствительным было падение нефтяных цен.
Мне попадались числа, согласно которым, из сокращения ВВП Рф в 2015 году на 3,7% падение нефтяных цен отдало 3%, а санкции — 0,5%. — Когда, на ваш взор, можно ожидать их отмены? — Отмены санкций со стороны США я не жду.
Наша родина заявила о для себя как суровый участник мирового политического процесса. Когда обостряется соперничество, маловероятно, чтоб США в скором времени упразднили санкции против Рф. Вне зависимости от развития событий и действий Рф будет найден предлог, чтоб санкции оставались.
Но мне кажется, что даже при сохранении мирового соперничества меж США и Россией можно было бы отрешиться от политики санкций.
У Европы ситуация совершенно иная. Европа находится под давлением.
Почти все страны — участники ЕС высказываются за то, чтоб санкции отменить.
И такие настроения в Европе нарастают. Италия уже объявила, что на ближнем голосовании будет выступать за отмену санкций.
Эту точку зрения разделяют Греция, Кипр и некие остальные.
— Настроения настроениями, но что делает элита и общество, чтоб санкции отменили? — Премьер-министр Италии Маттео Ренци на публике заявлял, что выступает против автоматического продления санкций против Рф. Они истекают посреди года.
Тяжело огласить, как конкретно будут развиваться действия.
В Евросоюзе есть сторонники сохранения и даже ужесточения санкций против Рф. Поглядим. Я оптимист.
— Какие дальнейшие перспективы вы видите для развития итальянского и евро бизнеса в Рф, в том числе банковского?
— Невзирая на сложность геополитических причин, бизнес чрезвычайно заинтересован в сотрудничестве с Россией, в открывающихся в связи с сиим способностях.
Почему Наша родина увлекательна для инвесторов?
Так как, к примеру, в ней есть большие регионы с мощным агропромышленным комплексом, динамично развивающийся пищевой индустрией. При всем этом Рф необходимо еще минимум 10 лет для полного развития этого сектора — это открывает потенциальные способности для инвесторов.
К тому же в этом секторе не необходимы такие большие инвестиции, как в нефтяной либо газовой индустрии, основным локомотивом быть может средний и малый бизнес. Итальянский бизнес уже пересматривает подход к экономическим отношениям с Россией.
Заместо упора на обычный продаже собственных продуктов он перебегает к совместному производству продуктов. Заместо обычного продвижения Мейд in Italy взят курс на Мейд with Italy.
Это облегчается девальвацией рубля, что делает наиболее дешевенькими наружные инвестиции в Рф. Такое положение сохранится и в дальнейшем, когда кризисные явления и санкции уйдут в прошедшее.
Такая новенькая финансовая действительность, которая сохранится на долгосрочную перспективу. — Ставка на малый и средний бизнес может себя оправдать?
Пока он не чрезвычайно развит у нас в стране.
Много препон для развития.
Как оцениваете его потенциал у нас в стране?
— К огорчению, пока в Рф малый и средний бизнес вправду играет в экономике незаслуженно умеренную роль. Он производит только 20% ВВП и обеспечивает работой четверть трудоспособных людей.
Совместно с тем такие характеристики отражают большой потенциал малого и среднего бизнеса для развития всей экономики Рф и обеспечения занятости. Европейские компании как раз наиболее нацелены на МСБ, чем на большой бизнес.
Кстати, в экономике Италии 92–93% — это конкретно МСБ.
Ежели продолжать говорить непосредственно о интересах Италии, то у нас большой опыт в агросекторе.
АПК и пищепром в Италии составляют более чем 30–35% ее экономики. Потому совместные проекты с таковыми регионами итальянскому бизнесу чрезвычайно увлекательны.
— Что все-таки необходимо, чтоб переломить ситуацию? — В Рф для конфигурации ситуации требуются новейшие механизмы финансирования.
Можно применять опыт итальянской деловой практики сотворения некоммерческих ассоциаций, которые предоставляют доп обеспечительные инструменты. В Италии такие объединения именуются КОФИДИ — консорциумы коллективной гарантии доверителей, они гарантируют возврат банковских кредитов по кредитным сделкам собственных участников.
Обычно, они объединяют малые и микропредприятия. КОФИДИ помогают им преодолевать административные и бюрократические преграды при получении кредитов.
Без таковой поддержки сиим компаниям нередко приходилось бы отрешаться от не плохих проектов. Имущество таковых организаций формируется за счет взносов в капитал, членских платежей, спонсорской помощи.
Нужно поглядеть, в котором секторе бизнеса в Рф было бы любопытно создавать объединения по типу КОФИДИ.
На данный момент стало экономически выгоднее создавать в Рф то, что раньше импортировалось, — к примеру, продукты массового спроса.
Ежели учесть это, также ценности экономики Рф, то такие объединения, в том числе с ролью итальянских и русских компаний, по данной модели могли бы рассчитывать на поддержку банков.
— Есть ли планы по созданию таковых кооперативов в Рф? — Мы сделали с Федеральной компанией по развитию малого и среднего предпринимательства (Компания МСП) совместную рабочую группу и хотят с ними ввести минимум два инструмента. Один — вкладывательный, иной — кредитный.
Собираемся сделать в Рф кооперативы по типу КОФИДИ, которые разрешают давать гарантию для кредита тем фирмам, которые сами не могут предоставить гарантию для банков. Это самая болезненная неувязка в Рф, что чрезвычайно много компаний не могут отдать поручительство.
Это будет коммерческая организация, которая зарабатывает на взносах и дает поручительства компаниям-членам. — А кто будет выступать в качестве консорциума?
Компания МСП? — Мы хотим предложить сделать таковой консорциум, но, к огорчению, в Рф нет законного инструмента.
Мы выступали в комитете Госдумы, объяснили, что же все-таки это такое, но на данный момент будем заниматься продвижением этого инструмента вместе с Компанией МСП.
— Вы говорили, что хотят продвигать два инструмента...
— Да, очередной — кредитный. К нам может обратиться бизнесмен, и мы можем подыскать ему забугорного напарника, технологии, способности для финансирования проекта.
Мы и сами готовы взять на себя финансирование до 70% проекта.
К огорчению, больше профинансировать мы не можем, так как бизнесмен должен нам показать, что он верит в свою идею и готов рисковать своими средствами тоже. — Это могут быть кредитные средства, которые вносит в проект бизнесмен?
— Нет, он должен внести лишь свои собственные средства.
За сиим будем пристально глядеть.
Просто не могут быть инвестиции на 100% кредитные. — О каких суммах финансирования речь идет?
— Сумма нас не волнует.
Предела нет.
— Малый порог предусмотрен?
— Естественно.
Проект обязан иметь смысл. Это €100 млн.
— Почти все иностранные банки на данный момент сворачивают свое присутствие в Рф. Нет ли таковых планов у банка «Интеза»? — Для нас Наша родина остается стратегическим рынком, стратегической государством в длительной перспективе.
Мы не планируем пересмотра данной позиции.
На данный момент, естественно, положение сложное.
В русской экономике длится спад, цены на нефть и доходы свалились, западные санкции добавляют заморочек.
Банковский сектор в Рф тоже переживает не самые фаворитные времена.
Что делать в таковой ситуации?
Мы ориентируемся на длительную перспективу.
Кризис не вечен, нефтяной рынок в один прекрасный момент стабилизируется, а бизнес в Рф уже адаптировался к санкциям, которые тоже в один прекрасный момент будут сняты, во всяком случае, европейские.
Рынок тут может изменяться, но он будет постоянно и постоянно будет огромным и симпатичным. Не запамятовывайте, что Наша родина — не попросту страна, это целый континент.
Как можно отрешаться от работы на нем? Потому когда мы смотрим на Россию, то мы должны созидать весь масштаб происходящих на этом пространстве, ну и в Евразии в целом, действий.
Не нужно ограничивать собственный горизонт нынешним деньком, сиюминутной конъюнктурой.
— Вы упомянули про Евразию в целом. Как я понимаю, почти все европейские страны разглядывают Россию в качестве плацдарма для выхода на китайский рынок?
— Желаю особо выделить, что действия, которые происходят на большом евразийском пространстве, имеют глобальное значение.
Некие планы расположенных там государств грандиозны. К их числу относятся сначала создание и развитие Евразийского экономического союза, проект экономического пояса «Шелкового пути».
А на западном краю Евразии уже несколько десятилетий существует и расширяется Европейский альянс.
Целью общих усилий обязано стать возникновение на всей данной местности места, которое живет ежели не по единым, то по совместимым правилам. Это инноваторская геополитическая и геоэкономическая мысль.
Мы находимся лишь сначала ее воплощения. При сопоставлении имеющихся подходов к данной дилемме я высоко ценю идеи Рф. Она лицезреет весь комплекс заморочек, в том числе необходимость обеспечения сохранности, решения политических и юридических вопросцев, необходимость обеспечить баланс интересов всех сторон.
Таковой подход даст устойчивость будущей Евразии от Лиссабона до Владивостока. Китай, который располагает в Евразии наикрупнейшими материальными и человечьими ресурсами, пока дает ценность транспортной и инфраструктурной составляющей.
Чрезвычайно принципиально поддерживать открытость интеграционных действий в Евразии, подключить к нему широкий круг главных игроков, к примеру Индию, Иран и др. Позитивную роль тут могло бы сыграть внедрение устройств БРИКС и в особенности ШОС для придания глубины интеграционным действиям в Евразии.
Евросоюз, к огорчению, пока остается в стороне от движения на евразийском пространстве, замыкаясь на трансатлантическом измерении. Но и в ЕС растет осознание выгодности возникновения к востоку интегрированного экономического места и взаимодействия с ним.
— По моей инфы, в апреле русский вице-премьер Аркадий Дворкович, который курирует сельское хозяйство, дискуссировал с главой итальянского Минсельхоза Маурицио Мартиной перспективы совместных проектов — итальянцы инвестициями и технологиями помогают сельхозпроизводителям на границе с Китаем, а позже произведенные продукты экспортируются в КНР.
Как вы полагаете, такие проекты жизнеспособны?
— У нас есть большой клиент из Италии, технолог по производству мяса и молока, который уже сделал треугольные инвестиции Италия–Китай–Россия в проекты, связанные с сельским хозяйством.
Он сам договорился с китайцами и через нас договорился с русскими компаниями, которые работают на границе с КНР. Так что, думаю, перспективы есть.
— Но на российско-итальянском бизнес-форуме в Катании, который прошел в конце апреля, много говорилось сначала итальянскими чиновниками, что предприниматели из вашей страны не чрезвычайно стремятся инвестировать, ну и экспортировать предпочитают не технологии, а продукты.
— К огорчению, это так. Мы чрезвычайно стремимся их уверить.
Но притом что они имеют солидную финансовую базу, пока процесс идет туго.
Как досадно бы это не звучало, таковой склад ума. Италия — страна не инвесторов, а продавцов.
Смотрите, наша ассоциация итальянских компаний в Рф объединяет 120–130 компаний, а германская — 6 тыс., бельгийская — 2,5 тыс.
, французская — 3 тыс.
— Как процесс евразийской интеграции отражается на банковском обществе?
— Я думаю, что создание Ассоциации евразийских банков могло бы внести вклад в стройку одного банковского места в ЕАЭС.
Она стала бы также инвентарем для взаимодействия с подобными структурами у соседей, в том числе в Евросоюзе, где, кстати, дискуссируется создание Евро банковского союза.
Возникновение таковой структуры в ЕАЭС посодействовало бы интеграционным действиям в банковской сфере, выработке общих норм и правил банковской и вкладывательной деятельности. — В котором состоянии находится на данный момент создание ассоциации?
— Мысль встречена положительно, но пока никаких практических шагов не изготовлено, ну и не могло быть. Ведь я озвучил ее лишь в прошедшем месяце.
Очень не достаточно прошло времени. — Вопросец личного любопытства после посещения визового центра Италии.
Отсутствовало ли претензий к банку и посольству со стороны Федеральной антимонопольной службы РФ, что оплата консульского сбора принимается лишь через банк «Интеза»? — У нас был вариант, когда один клиент посетовал на эту практику.
Тогда Федеральная антимонопольная служба провела проверку. Никаких нарушений не нашла.
Вопросец был закрыт.