Город - это миллионы тонн бетона, железа, камня. И население, которое нескончаемо роет, взрывает, ездит. Не обернется ли наша активность против нас самих?
Комитет по науке и технологиям столичного правительства озаботился сиим вопросцем. Его представители на данный момент проводят серию встреч с учеными, которые говорят, что старенькые подходы к строительству чреваты катаклизмами.
Комитет не афиширует собственного энтузиазма, чтоб не пугать горожан, но "Известиям" удалось из первых рук ознакомиться с аргументами ученых. Основной вывод - необходимы средства на науку, по другому все развалится.
Российская платформа трещит по швам Первыми о опасности землетрясений в Москве заговорили в научном центре "Геон". Его замдиректора Ида Померанцева говорит удивительные вещи: - С 1988 по 1992 годы мы зарегистрировали около 400 землетрясений, в том числе местных.
Это чрезвычайно суровый символ.
Ранее в Москве землетрясений отсутствовало. Кажется, еще в школе проходили, что столица стоит на Российской платформе - старом статичном образовании, которое защищает нас от землетрясений.
Померанцева утверждает, что она и ее коллеги опровергли это заблуждение на примере городка Альметьевска, который размещен на юго-востоке платформы. - Еще в 60-е годы мы предсказывали там землетрясение, - с гордостью вспоминает Ида Владимировна, - нам никто не поверил, но в 1983 году там было зафиксировано местное землетрясение силой 2-3 балла, а в 1986-м и 91-м - 5-6 баллов.
И соединено это с деятельностью человека. Там добывают нефть, закачивая под землю воду.
Давление усиливается, и зоны разломов земной коры начинают шевелиться.
В Москве все еще ужаснее. Разломная зона, проходящая на глубине 40 км, оживает вследствие откачки-закачки воды ТЭЦ, Курчатовским институтом и промышленными предприятиями.
Сотрудники Курчатовского отмахиваются от аргументов коллеги.
Разломы земной коры есть миллионы лет, и людская деятельность у поверхности земли не влияет на их динамику.
Сопоставление с Альметьевском кажется им совсем некомпетентным: для питьевых и технических нужд Москва конфискует воду в Волге, а под грунт закачивает в несопоставимых с Альметьевском количествах. Строители опять последние Ученые из самого знатного в стране геофизического НИИ - Объединенного института физики Земли им. О. Ю. Шмидта (ИФЗ) - совершенно не боятся землетрясений.
- Местных землетрясений в Москве отсутствовало не будет.
Да, карпатские дают нам магнитуду 1,5-2 балла, - говорит доктор физико-математических наук Олег Хаврошкин.
- На 20 этаже ощущается.
Но ничего ужасного в том, что люстра раскачивается, нет.
Померанцева, естественно, не утверждает, что в Москве может случиться землетрясение, как в Турции либо в Алжире. Но напоминает инциденты с провалившимся асфальтом на Песочной и Большой Дмитровке, вариант в Новохорошевском проезде, когда пришлось эвакуировать жильцов из треснувшего пополам дома.
Ее оппоненты считают, что виноваты халтурщики-строители, а совсем не землетрясения.
Домом в этих дискуссиях стоят Раменки. - Помните, в 1997 году разрушился дом на Мичуринском проспекте?
- для Иды Владимировны это безупречное доказательство ее теории столичных землетрясений. - Мы зафиксировали два подземных толчка, 8 и 9 сентября, с эпицентром в этом районе.
А 10 сентября деньком свалился подъезд строящегося дома.
В ИФЗ тоже помнят эту историю. - Дом разрушился из-за ошибки проектировщиков района Раменки, - утверждает Хаврошкин.
- Там был глубочайший овраг, который засыпали, но при стройке дома не учли изюминка грунта. Необходимо было строить фундамент на длинноватых сваях, а не обыденный ленточный.
Наш институт провел экспертизу, и, когда мы заявили, что строители не виноваты, нам даже не заплатили. Вообще-то и проектировщики не виноваты.
Они работали по строительным нормам.
Но СНиПы оказались непригодны для того варианта. Кстати, сейчас на месте оврага больше не строят.
А СНиПы по-прежнему разрабатывает НИИ оснований и подземных сооружений.
У строительного НИИ своя правда. - Дом в Раменках развалился не из-за грунта и уж тем паче не из-за землетрясения.
Были допущены простые строй ошибки, - заявил Валерий Петрухин, замдиректора института.
- У геологов сейчас не достаточно работы.
Вот они и выдумывают, где бы средства попросить на исследования.
Малыши академика Шмидта Средства на исследования - это, естественно, святое. Вопросец - что изучить и за сколько?
Ида Померанцева: - Мне время от времени охото огласить: дорогие москвичи, не съешьте по одному мороженому за год, и нам хватит средств на прогноз землетрясений. Нужно составить карту Москвы с небезопасными зонами.
Для этого будет нужно 2-3 года и приблизительно 35 миллионов рублей. Насчет карты Москвы никто не спорит.
- Даже далекие землетрясения повреждают газовые и электросети, - соглашается Олег Хаврошкин.
- Ежели в Крыму, не дай бог, повторится землетрясение, какое было в 1927 году, у нас дома, естественно, не разрушатся. Но газовые магистрали "поведет", пожар может случиться.
Настоящей угрозой для Москвы Олег Борисович считает так именуемый неизменный фактор техногенного действия на среду. Она слабнет, грунт начинает уплотняться либо вести себя, как вязкая жидкость.
Мехико за 50-70 лет погрузился на 6 метров.
Москва тоже опускается, это демонстрируют наблюдения за набережными.
Мы же не Нью-Йорк, где можно вытворять все, что угодно, так как он на горе стоит. Наши строй нормы должны это учесть.
- Ваши ученые вообщем не соображают, что такое фундаменты и что такое СНиПы, - кипятится Валерий Петрухин. - Мы практики, мастера.
Неуж-то вы думаете, что тыщи профессионалов обо всем этом не позаботились? Шпынять науку, как докучливую обнищавшую родственницу - естественная реакция "профессионалов-практиков".
Тем паче ежели она пробует припасть к тому же источнику. Ида Померанцева дает применять сервисы собственного института при проектировании каждой столичной новостройки.
За это получать долю в 2-5% от общего размера финансирования стройки.
В абсолютных цифрах - сотки миллионов рублей.
Но кто ж ей даст? Пока что, по словам Померанцевой, столичное руководство только немножко подкармливает "Геон", выделяя по 50 тыщ рублей в год.
- В разработке службы мониторинга состояния геологической среды должны участвовать 10-ки организаций, - считает Олег Хаврошкин. - Она обязана быть независящей от отдельных структур, чтоб никто не тянул одеяло на себя.
Москва вообщем мучается от монополизма.
Ну монополизм - это не так страшно, как землетрясение.
Пытаясь расщедрить городские власти, геоновцы пророчат Москве участь Нефтегорска, разрушенного в 1995 году. Правда, погибший город размещался в сейсмоактивной зоне, а Москва - на Российской платформе.
В которую как в стенку упираются лбами оппоненты.
Что поделаешь - охото средств и полного доверия городских властей. Какая наука на голодный-то желудок.